Кровь. Кровь повсюду.
Мальчик не мог понять, то ли алая струя, льющаяся с его собственного лба, застилала ему глаза, или вся деревня действительно была окрашена кровью. Злобное щупальце пронзило живот его отца, подняв его высоко в воздух, прежде чем с силой швырнуть на жертвенный алтарь. Другое щупальце хлестнуло наружу, разрезав кожу его матери, чтобы вырезать ужасающий перевёрнутый треугольник на её плоти.
«Одного не хватает», — шаги охотника приближались.
У мальчика не осталось сил бежать. Когда он погружался в беспамятство от потери крови, его угасающий разум вернулся к фазану, на которого он когда-то охотился. Он вспомнил, как перерезал ему горло своим кинжалом, как горячая кровь хлынула наружу, пропитав иссохшую землю; как он бился бесконечно, пока наконец не замер.
Как раз когда мальчик оставил всякую надежду, ослепительный свет пронзил небо, погрузившись прямо в сердце Демона. Жрецы храма запели в унисон, пока магический круг заключал демона внутри. Но Демон по-прежнему был сосредоточен на мальчике. Его четыре щупальца извивались против барьера, отчаянно пытаясь прорваться и завершить последнюю метку.
С трудом поднявшись на ноги, мальчик тихо оттащил своё избитое тело с места происшествия. Он знал, что жрецы пришли не спасать его. Никто из них не захотел бы спасти Меченого грехом, несущего Метку греха на лбу. Они просто пришли сюда охотиться на Демона. И возможно, после того как его убьют, они придут за ним следующим.
По чистой удаче мальчик выжил и был принят бандой подпольных изгоев. Но их убежище вскоре было обнаружено, и вся банда была уничтожена культистами. Выйдя наружу и едва избежав смерти, мальчик был потрясён, обнаружив себя снова окружённым кровью и трупами. В оцепенении он заметил перевёрнутый треугольник, спрятанный в углу: Гравировку мученика. Глядя на неё, хаос в его разуме постепенно успокоился до ясности. Он понял, что Демон никогда по-настоящему не исчезал. Но он также знал, что чистая месть требует силы, намного превосходящей его собственную. Ему нужны были товарищи, разделяющие его дело, и личность, которая могла бы свободно ходить под солнцем.
Мальчик в последний раз взглянул на реку крови. Его близкие, казалось, были среди трупов. Один за другим они подняли головы и закричали ему: «Убей его. Убей его. Убей... Демона!»
«Капитан... Капитан, проснитесь!»
Кошмар разрушился, и глаза Орена резко открылись.
«Снова кошмар, капитан?» — спросила Кайса, подходя с подносом марли и пинцета. «Твоя рана снова открылась». Она прикоснулась тыльной стороной ладони ко лбу Орена и вздохнула с облегчением. «Слава богу. По крайней мере, жар спал. Когда ты вернулся, рана всё ещё была заражена ядом, и потребовалось довольно много времени, чтобы очистить её. Что именно там произошло?»
Орен тихо поблагодарил, снимая пропитанные кровью повязки со своего тела. «Это долгая история».
Один дворянин разместил частный заказ у Наемников Серой Лисы, предложив огромную сумму золота и специально запросив личную защиту Орена. Дворяне были известны бесчисленными секретами, но доверить свою личную безопасность одному из Меченых грехом было все же необычно. Орен сохранял внешнее спокойствие, но его бдительность усилилась.
Как оказалось, его осторожность была оправдана. Однажды ночью искаженная тень проползла по занавескам кровати, и злобный клинок метнулся к спящему дворянину. Находясь в тени, Орен мгновенно среагировал, перехватив удар. Разбуженный звоном стали, дворянин заполз под кровать, как испуганный перепел, дрожа от ужаса.
В лунном свете Орен смог разглядеть темную фигуру перед собой. Это был монстр с шестью щупальцами. Щупальца неутомимо наносили удары. Орен парировал каждый удар, маневрируя вокруг существа, постепенно заходя ему за спину. Но когда он увидел спину монстра, его сердце пропустило удар. Этот миг колебания дорого ему стоил, и он не смог уклониться от бокового удара. Прижимая рану, Орен использовал изорванные занавески кровати для связывания монстра. Затем он схватил дворянина из-под кровати и вынес его через окно. Краем глаза Орен заметил три ужасающие головы позади монстра, ревущие: «Убей его! Убей его...» На каждой голове была такая же Метка греха, как у Орена, слабо светящаяся красным.
«Это рукотворные монстры. Алхимические создания или жертвы», — заключил Орен. «Думаю, это последнее». Он видел бесчисленное множество Меченых грехом, принесённых в жертву. Грехи тысячелетней давности казались не более чем фиговым листком для этих безумцев. Пока они утверждали, что карают грешников, всё, что они делали, можно было оправдать.
«Жертвы? Монстры?! Черт возьми, этот жалкий дворянин ничего об этом не упоминал!» Кайса сжала кулак и ударила им по стене. «Капитан, можем мы просто убить его?!»
Орен понимал гнев Кайсы. Она сама была выжившей в запретном ритуале, но при этом находилась в розыске у солдат. Простая девушка, вынужденная скрываться как беглянка — намерение за этим было очевидно. Поэтому Кайса отказалась от плана очистить свое имя и вместо этого присоединилась к Наемникам Серой Лисы, группе, состоящей из бесчисленных «грешников». Вместе они будут уничтожать злые ритуалы по-своему. Ненависть может сделать их сильными, но нетерпение приведет лишь к гибели.
«Успокойся, Кайса. Чем больше ты злишься, тем яснее тебе нужно думать». Видя, как Кайса восстанавливает самообладание, Орен удовлетворенно кивнул. «Пойдем. Сначала выясним, что скрывает молодой дворянин».
Орен и Кайса проникли в замок дворянина, где трусливый дворянин, очевидно, спрятал все свои невыразимые секреты, держа их глубоко под землей. Орен слишком хорошо знал уловки дворян и без труда нашел скрытый подвал. Кайса подняла факел, освещая темную комнату.
Орен прищурился, глядя на незавершенный перевернутый треугольник из крови на полу. Подавляя гнев, он подошел к деревянному столу, покрытому древними свитками. «Грех», «Метка», «Жертва» и «Бессмертие». Знакомые слова бросились ему в глаза. После беглого взгляда Орен вернул свитки в их первоначальные позиции, тщательно скрыв любые следы того, что их тревожили.
«Возможно, нам стоит дать ему шанс».
Несколько дней спустя Наемники Серой Лисы поймали монстра. Орен отсек его три головы с все еще открытыми глазами и бросил их к ногам дворянина. Игнорируя пронзительные крики дворянина, он поставил ногу на одну из голов и посмотрел вниз на ее искаженное лицо. «Миссия выполнена». С этими словами он повернулся, чтобы уйти.
Но постойте...
Орен поднял бровь. Он повернул голову и терпеливо ждал, когда заговорит дворянин.
«Есть ещё один монстр... заперт у меня в подвале. Я... я поймал его случайно. Я не говорил вам раньше. Предыдущий монстр пытался убить меня из-за него. Да, вот в чём дело!»
«Плата».
«Тройная плата!» — выпалил дворянин.
«Кайса, отведи их за монетами». Орен положил руку на рукоять меча у пояса, не сводя взгляда с дрожащего человека. «Я разберусь с монстром».
Ведя Орена в потайной подвал, дворянин потирал пальцы с нервной, отвратительной ухмылкой. Он отпер дверь и осторожно заманил Орена на перевернутый треугольник на полу.
«Одну минуту. У меня монстр заключен в этом магическом круге». Дворянин провел ножом по пальцу, готовясь заполнить последний пробел в знаке.
Орен воспользовался возможностью. Он выпрыгнул из магического круга и втолкнул дворянина в него. Холодно Орен наблюдал, как дворянина поглотил темно-красный свет. Знакомые щупальца появились из знака, пронзили тело дворянина и высосали его живучесть. Незавершенный знак на спине Орена, казалось, почувствовал ауру демонов и слегка потеплел. Острая, жгучая боль пронзила его, возвращая в память воспоминания прошлого.
«Гравировка мученика...» Голос, эхом отдавшийся в его разуме, заставил Орена нахмуриться. Он тут же выхватил специально изготовленный кинжал, который приготовил заранее, его лезвие было наполнено святой силой для борьбы с демонами.
«Гравировка мученика». Еще одно щупальце медленно появилось из знака, и голос демона стал яснее. Два щупальца бросились прямо на Орена, стремясь завершить незаконченный ритуал. В тесном подвале было мало места для маневра, заставляя Орена встретить их лицом к лицу. Его кинжал, наполненный святой силой, мог лишь поцарапать щупальца; ему не хватало мощи для смертельного удара. Лучшим решением было уничтожить знак. Но это также означало позволить демону сбежать.
«Чем сильнее ты злишься, тем яснее нужно думать». Его собственные слова эхом отозвались в разуме. Он уклонился от щупалец и вонзил кинжал в знак на земле, уничтожив его. Почувствовав, что поток арканы был прерван, щупальца начали втягиваться. Прежде чем Орен смог нанести удар, он наблюдал, как щупальца исчезли обратно в разрушенном знаке. Орен удивленно цокнул языком. Он обошел труп дворянина, собрал свитки о демонах и знаках и сунул их в кожаный мешочек у пояса. Затем он взял факел со стены и бросил его на деревянный стол.
Орен вышел из пламени, где его спутники ждали за дверью.
«Золото взяли?»
«Взяли, капитан. Но что нам делать с пожаром?»
Орен не замедлил шаг. «Оставь его. Торговать с демоном — это играть с огнем, а кто играет с огнем — тот обжигается».
Орен
Следопыт
Ловкость
Взрывной урон, ВыживаемостьОфициальные обои
Аура Фракционного Резонанса
Бонусы характеристик отряда за синергию героев одной фракции
Прокачка и навыки
Клеймо Души
Слот 1Орен достает парные клинки из-за спины, телепортируется в область с наибольшей концентрацией юнитов противника, наносит ближайшим юнитам противника урон, равный 600% от его уровня атаки, а затем высвобождает свою Метку мученика, переходя в состояние Берсерка на 13 сек. В состоянии Берсерка Орен неуязвим к эффектам контроля, переключается в режим ближнего боя и получает усиленную обычную атаку, но не может использовать никакие активные навыки, кроме Призрачной экзекуции. Кроме того, если урон от одного удара или потеря здоровья не превышает от начального макс. здоровья Орена, то этот удар ограничивается от его макс. здоровья. Когда состояние Берсерка заканчивается, Орен возвращается на позицию вдали от юнитов противника.





