Лето на Острове дракона всегда было долгим и ярким. На тренировочных площадках племени Светящейся чешуи солнечный свет отражался от золотой брони драконов, создавая завораживающий ореол. Это был символ славы и воплощение справедливости.
Но не для Одиссея.
Стоя в тени массивной каменной колонны, он протирал тренировочный меч. Будучи незаконнорожденным сыном бывшего вождя клана и осужденным преступником, он получил чешую тусклого медного оттенка, из-за чего неловко выделялся среди ярко сияющих юношей.
«Ты стоишь неправильно, Одиссей».
Это был голос Эквилуса, старшего сына в семье. Он стоял в центре поля, клинок в его руке замер, словно стрелка сломанных весов.
«Ты торопишься ударить, — не по годам важно протянул Эквилус. — Приговор требует сдержанности и контроля. Прежде чем вынести вердикт, мы не можем отказать обвиняемому в праве на защиту».
Одиссей вышел из тени, щурясь на своего старшего брата.
«А если это свирепый зверь, опустошающий приграничные земли? — возразил Одиссей. — Мне тоже зачитывать ему права, прежде чем пронзить его сердце?»
«Закон отличает нас от зверей», — ответ Эквилуса был безупречен, как цитата из учебника.
«Но зверям плевать на законы, — Одиссей вложил меч в ножны. — Пока ты листаешь кодексы в поисках статьи, он уже перегрыз горло невинному... Эквилус, иногда результат важнее процедуры».
Эквилус нахмурился, не в силах скрыть досаду. «Без процедуры правосудие превращается в тиранию. Одиссей, ярость, пылающая в твоем сердце, в конечном итоге сожжет всю землю у тебя под ногами».
Кто же мог тогда предположить, что их разногласия в конце концов превратятся в непреодолимую пропасть, толкнув их на совершенно разные пути.
Годы способны превратить страстную энергию юности в холодную реальность взрослой жизни.
Наконец Эквилус облачился в одеяния инквизитора, и каждый удар его молотка символизировал власть племени Светящейся чешуи. Одиссей, ограниченный своим происхождением, мог лишь помогать брату, занимаясь расследованиями, о которых лучше было не упоминать публично.
Так поддерживалось хрупкое равновесие, пока не всплыло дело черного прилива.
Преследуя дельцов черного рынка, Одиссей раскрыл ужасающий факт: на Остров дракона под протекцией старейшины одного из кланов Светящейся чешуи поступали партии запрещенного яда, способного разъедать драконью чешую.
Решающим доказательством была окровавленная бухгалтерская книга, которую Одиссей изъял после жестоких пыток информатора.
«Немедленно закрыть порт и арестовать старейшину!» — в ярости Одиссей с грохотом бросил книгу на стол Эквилуса.
Пролистав книгу, Эквилус нахмурил брови. «Эта книга была получена незаконно и не может быть принята как доказательство в суде. Если мы сейчас произведем арест, совет отклонит дело по процедурным основаниям и может даже обвинить нас в том, что мы подставляем собственного родственника».
«Тогда что ты будешь делать?» — спросил Одиссей, едва сдерживая гнев.
«Я запрошу разрешение на проверку и заново соберу доказательства. Нам нужна полная и законная цепочка улик», — спокойно рассуждал Эквилус. «Это займет время... может, месяц».
«Месяц?» — Одиссей холодно рассмеялся. «Ты представляешь, сколько яда попадет на остров за этот месяц? Сколько детей, случайно проглотивших его, пострадает от гниения чешуи? Неужели невинные должны истекать кровью ради сохранения твоего безупречного процессуального правосудия?»
«Одиссей! — Эквилус в гневе вскочил на ноги. — Мы инквизиторы, а не линчеватели! Как только мы переступим эту черту — даже во имя справедливости — мы ничем не будем отличаться от преступников!»
«Раз ты так печешься о чистоте своих рук, позволь мне стать грязным клинком». — Одиссей в ярости выбежал из комнаты.
Пока Эквилус добывал разрешение на проверку, продираясь сквозь дебри бюрократических согласований, в штормовую ночь в гавани проходила сделка. Стоявший на пристани старейшина командовал подчиненными, таскавшими ящики с ядом, излучающим жуткое зеленое свечение.
Одиссей был один. Облаченный в черную броню без семейного герба, он спрыгнул с верхушки пристани.
Он не предупреждал и не зачитывал обвинений. Он просто устроил бойню.
Его клинок гудел от высокочастотной кинетической энергии, и с каждым взмахом на землю падал преступник. Кровь смешивалась с дождем, окрашивая пристань в темный багрянец.
К тому времени, когда Эквилус спешно прибыл в гавань вместе со своей стражей, все уже было кончено.
Старейшина сидел, скорчившись на земле. Он в ужасе смотрел на фигуру под дождем — кончик клинка Одиссея находился в сантиметре от горла старейшины.
«Стой!» — крикнул Эквилус сквозь потоки воды.
Одиссей повернул голову. Дождь стекал по его шлему, глаза линчевателя были безжизненными.
«Я уничтожил яд, а список преступных торговцев у него кармане, — голос Одиссея доносился сквозь шум дождя. — Вот тебе результат, Эквилус».
«Ты... ты понимаешь, что натворил?» — Эквилус смотрел на тела, разбросанные по земле, его пальцы дрожали.
«Я спас Остров дракона, — Одиссей медленно поднял вверх обе руки. — Теперь можешь следовать своим законам».
Двери Трибунала были плотно закрыты — вот-вот должен был начаться закрытый суд.
Сняв перед судом свою броню, Одиссей обнажил тело, покрытое шрамами.
«Одиссей, — голос Эквилуса с легкой хрипотцой эхом разнесся по пустому залу. — Тебя обвиняют в самосуде, убийстве своих сородичей и нарушении Железного закона клана... Что скажешь в свое оправдание?»
«Я признаю, что убил их, — подняв голову, Одиссей встретился взглядом с братом на возвышении. — Но я не виновен».
По совету старейшин прокатился ропот.
«Если бы я бездействовал, этот яд сегодня ночью распространился бы по всему острову. Ваши так называемые законы никого бы не спасли», — холодно произнес Одиссей.
«Достаточно», — Эквилус прервал его, опустив молоток. Тяжелый грохот эхом разнесся по залу.
В зале воцарилась мертвая тишина. Эквилус поднялся, глядя на своего брата, стоящего перед ним на коленях. Он знал, что старейшины жаждали казни этого «неуправляемого безумца» не только за убийства, но и потому, что он обнажил гноящиеся раны внутри клана.
Эквилус должен был сделать выбор. Казнить ли его ради «общего блага» или обойти закон, чтобы сохранить ему жизнь?
«Именем инквизиции объявляю...»
Нет, был еще один вариант. Более болезненный, чем смерть, но позволяющий ему жить.
«Одиссей лишается титула члена племени Светящейся чешуи, — голос Эквилуса стал ледяным. — С этого момента ты вычеркнут из семейной родословной... Ты не будешь нести на себе славу племени и пользоваться его защитой».
Зрачки Одиссея слегка сузились. Он посмотрел на Эквилуса и в бесстрастных глазах уловил жестокость, замаскированную под защиту.
Своими руками брат убил Одиссея из племени Светящейся чешуи. Его имя будет стерто, словно его никогда не существовало. Только так совет больше не сможет привлечь к ответственности «мертвеца».
«Кроме того, — каждое слово приговора Эквилуса резало, как клинок. — Ты изгоняешься в подземные глубины Острова дракона и никогда больше не вернешься на свет».
Одиссей долго молчал. Наконец он медленно склонился, отдавая помосту судей свое последнее, безупречное по форме племенное приветствие.
«Я... принимаю ответственность».
Давно привыкнув к одиночеству, Одиссей коротал дни в хаотичных и беззаконных глубинах Острова дракона до той ночи, когда его нашел посланник.
«Зло всегда процветает там, куда не проникает солнечный свет, — посланник вручил ему комплект брони из темного золота. — племени Светящейся чешуи нужны инквизиторы света, но Острову дракона... нужен чистильщик».
Одиссей провел рукой по холодной броне — возможно, это было решение, негласно одобренное Эквилусом. Свет и тьма всегда существовали рядом. Кто-то поддерживает порядок на свету, сохраняет видимость благополучия, а кто-то другой должен стоять по колено в грязи, разбираясь с мерзостью, с которой не в силах справиться закон.
Одиссей надел броню, и с того момента больше не стало Одиссея. Вместо него появился призрак, бродящий по темной стороне Острова дракона, легенда, вселяющая страх в сердца преступников. Он больше не искал понимания или признания. Самыми безжалостными методами он будет защищать тот самый мир, который его отверг.
Хелия стояла в тусклом переулке. Эквилус, ее отец, отправил молодую инквизиторшу расследовать кражу чертежей укреплений Острова дракона.
Место происшествия уже было «подготовлено». Вор лежал на земле с чистой, точной смертельной раной. Пропавшие чертежи были аккуратно сложены рядом на деревянном ящике, сверху на них лежала темно-золотая драконья чешуйка.
Хелия подняла чешуйку, и ее охватил знакомый, но странный прилив силы. Поспешив домой, она передала чешуйку отцу, который давно отошел от публичной жизни.
Эквилус сидел перед камином, пламя отбрасывало мерцающий свет на его седеющие виски. Он взял чешуйку в руку. Пальцы долго ощупывали ее шероховатую поверхность, а в его глазах отца появилась скорбь, которую Хелия никогда раньше не видела.
«Отец... — спросила Хелия. — Такой подход не соответствует нашим законам, но он, кажется... помогает нам».
Эквилус долго молчал, крепко сжимая чешуйку в ладони.
«Хелия, ты должна запомнить это».
Устремив взгляд в глубокую ночь за окном, Эквилус тихо произнес:
«Закон — это стена, которую мы построили и зажгли внутри свет. Но за стеной, во тьме, куда даже мы не осмеливаемся ступить... он продолжает сражаться».
«Кто он?»
«Тебе не нужно знать, кто он. Он несет на себе грехи, которые мы отказываемся признавать, и при этом охраняет всех нас от рассвета до рассвета».
ДраконыОдиссей
Если никто не встанет против тьмы, это сделаю я.
Танк
Сила
Танк, КонтрольОзвучка
ID / Код
240/Dshift
Официальные обои
Аура Фракционного Резонанса
ДраконыБонусы характеристик отряда за синергию героев одной фракции
1 Дракон
+15% Стойкость2 Дракона
+20% АТК / ОЗ3 Дракона
+25% АТК / ОЗ4 Дракона
+30% АТК / ОЗ5 Драконов
+35% АТК / ОЗПрокачка и навыки
Навыки героя
Особое усиление
Драконье затмение
Слот 1Пассивный эффект: в начале боя Одиссей превращается в дракона. В этой форме Одиссей неуязвим к отбрасыванию назад и подбрасыванию в воздух.
Активный эффект: Одиссей наносит всем противникам урон в размере 800% от своего уровня атаки и вызывает погоду «Солнечная тень». Пока действует Солнечная тень, союзные герои на передней линии получают бонус 30 к сопротивлению урону, а союзные герои на задней линии получают бонус к урону от обычной атаки. Каждый раз, когда Одиссей использует свой особый навык, бонусы к сопротивлению урону и урону от обычной атаки увеличиваются на 5 и соответственно (не более 6 увеличений).
Требуемый уровень1
Экипировка
Фракционный резонанс (T4)
ОружиеMythic T4
ШлемMythic T4
ДоспехMythic T4
СапогиMythic T4